Сайты местных
отделений партии
бегун
Головной сайт партии

Алуштинское местное отделение

Выбор региона

«Адресная помощь участникам и инвалидам Великой Отечественной войны»- продолжается!

Анна Свинцова — о дедушке

Слушая рассказы ветеранов войны, понимаешь, что довоенное поколение юношей и девушек как-то быстро повзрослело. Вот и моему деду – Свинцову Павлу Матвеевичу – суждено было познать весь ужас войны. Было ему в то время всего семнадцать.
Мой дед родился 15 марта 1926 года в Тамбовской области, в селе Сергиевка в семье сельского бухгалтера Матвея Павловича и учительницы.

«Война началась, когда мне было 15 лет, – вспоминает дед. – В этот день мы с товарищами были на рыбалке. Вдруг наше внимание привлекло то, что по дороге жители стали перегонять лошадей, кто-то кричал, плакал. Было ощущение, что произошло что-то страшное. Мы бегом побежали домой. Во дворе была суета, а на крыльце нашего дома сидели мужчины и женщины и говорили только об одном – началась война.
В то время я заканчивал Ольхово-Ильинскую неполную среднюю школу. Но в 1942 году школу закрыли. Школьников отправили работать: сеяли овес, убирали рожь, пшеницу, подсолнечник.
В ноябре 1943 года, в 17 лет, прошел примитивную подготовку с «деревянными» ружьями, меня забрали в армию. Мне повезло, на передовой я оказался не сразу. Направили меня в снайперскую сержантскую школу 47-й бригады. Восемь месяцев мы учились, изучали, можно сказать, все.
В июне 1944 года нас отправили на фронт. Я попал в 43-ю Армию, в 306-ю Рибшевскую Краснознаменную стрелковую дивизию, 991-1 полк. Первый мой бой был под городом Бауском (Латвия). Туда нас привезли ночью, весь город горел. Утром мы уже были на передовой, выбивали под Бауском немцев. С боями пробивались до Литвы, в город Шяуляй. А после Шяуляя был приказ – на Ригу. Под Ригой я был ранен и попал в госпиталь с контузией. В окопе меня засыпало землей. Очнулся я, когда меня откопали танкисты. А домой в это время пришло извещение, как о пропавшем без вести. Но девчата на почте матери его не отдали, боялись. А позже от меня пришло письмо…

После лечения и выписки из госпиталя я вернулся в часть. Далее мы вышли к Восточной Пруссии под город Мемель. Здесь нам пришлось отступать, так как артиллерия наша отстала, а немцы продолжали наступление. Погибли все связисты, и была нарушена связь с тылом. Приказом командира связистом назначили меня.
После взятия города Мемеля нас перебросили в Латвию под город Любаву. Не доходя километров шесть до города, наш батальон попал в окружение. Мы оказались за линией фронта. Я давал связь от полка в тыл. Нас было около 20 человек. Прорываясь к своим, половина солдат погибла, но до города мы все-таки дошли. За это я получил первую медаль «За отвагу».

Шел 1944 год… Мы продолжали наступление на запад, но впереди нас остановила немецкая огневая точка. Чтобы не терять состав, вызвали двух добровольцев для ее уничтожения, я – в том числе. Необходимо было перебежками спуститься в лощину и сбить немцев. Мы обезвредили проклятую точку. Что случилось с моим напарником, я не видел, но назад он так и не вернулся. Немцев в дзоте тоже было двое. Один погиб на месте, а другой сбежал. За то, что нам удалось обезвредить огневую точку, я был представлен к награде второй медалью «За отвагу». В ротах нашего батальона в живых осталось по семь – десять человек, и нас отправили для пополнения других частей.
1945 год… Латвия, город Кандава. Здесь мы стояли на формировке и встречали 1 мая.
А 2 мая нас подняли по тревоге. Я и мой товарищ Кабаков (он тоже был связистом, так как на каждом направлении должно быть по два человека) вышли на хутор. Там были немцы. Мы выбили их и оба остались живы, за что я был награжден орденом Славы.
9 мая 1945 года меня застало в Кандаве. Нам был дан приказ привести себя в порядок, и командир поздравил нас с Победой. Затем нас вывели из города. На три дня мы остались в лесу, а меня направили в отдел контрразведки СМЕРШ (смерть шпионам). Прослужил я там до февраля 1946 года. После перевода, по моей просьбе, через город Самарканд, я вернулся в свою часть, которая находилась в городе Ката-Кургане (Узбекистан). Здесь я пробыл до июня 1946 года. Потом в грузовых вагонах нас перевезли в город Комсомольск-на-Амуре. На станциях нас кормили, выдавали сухие пайки. Город был просто переполнен военными. После расформирования я попал в город Николаевск-на-Амуре, где и служил до 1950 го­да. Приказ о демобилизации был от января 1950 года, но в связи с «корейскими» событиями домой я попал только в сентябре 1950 года. Родных я не видел семь лет. Мой отец тоже остался в живых и вернулся домой. По приезду домой я поехал учиться в город Тамбов в школу повышения квалификации по профессии «техник радиоузлов». После окончания учебы работал в Гавриловском районе Тамбовской области, где и познакомился с Саутиной Зинаидой Яковлевной. Поженились в 1952 году. В 1953 году родился сын Владимир, в 1956 г. – дочь Валентина.

По приглашению деда приехал в город Энгельс, где работал на троллейбусном заводе им. Урицкого электриком дуговых и сталелитейных печей. В 1969 году по состоянию здоровья жены и по настоянию моего брата Свинцова Александра Матвеевича, работающего в то время главным бухгалтером совхоза Малореченский, мы с семьей переехали в Крым, в село Солнечногорское, где я и живу по настоящее время», – рассказал мне дед.
Сегодня у ветеранов войны нет уже той сноровки и сил, не обойтись без целого арсенала лекарств, но душа до сих пор остается молодой. Особенно в дни майских праздников мысли все чаще возвращаются в дни, когда от тогдашних юношей и девушек зависела судьба целой страны. События той далекой и страшной войны навсегда запечатлелись в памяти.
Спасибо тебе, ДЕД! Спасибо за то, что, несмотря на почтенный возраст, ты с радостью откликнулся на просьбу поделиться своими воспоминаниями с нами, молодежью, которая знает о войне лишь из книжек и с экранов телевизоров.

Информация с сайта: «Памяти Живая Нить»




Секретарь Алуштинского местного отделения Егоров Борис Борисович

Проекты ЕДИНОЙ РОССИИ
Новый Крым